«Страна взяток». Как Иордания смогла снизить уровень коррупции?

Во время нашей поездки по городу водитель превысил скорость: в арабских странах такое привычно, но ему не повезло — в кустах (это не анекдот) прятался сотрудник дорожной полиции. Таксист вышел к «охране порядка», и я ухмыльнулся — о, сейчас договорятся. Когда он сел обратно в машину, я осведомился: во сколько обошлось? «Да ты чего? Выписали штраф, — груст­но сообщил водитель. — Три года назад я бы всё уладил за 10 евро. Но сейчас полиция боится — вдруг у меня с собой дикто­фон?» Ещё недавно Иордания была классическим арабским государством — со взятками на любых уровнях, устройством на «хлебные» должности племянников, а также тотальным воровством из государственной казны. В 2010 г. за коррупцию было осуждено лишь 2 (!) чиновника: один — на неделю, другой — на 4 месяца; ещё 6 человек отделались штрафом в 200 евро. Однако за последние годы всё изменилось. Король Абдалла II заявил, что «неприкасаемых» отныне нет: уволил премьер-министра, приказал проверить банковские счета своих родственников, а любимец монарха, генерал и глава разведки Мухаммед аль-Дахаби за хищение бюджетных средств был приговорён к 13-летнему заключению и штрафу в 27 млн евро. В результате Иордания поднялась до 55-го места в рейтинге коррупции Transparency International (чем меньше, тем лучше. Россия, к примеру, в этом рейтинге где-то в хвосте — на 136-й позиции, а Украина и вовсе под номером 142). Так как же королевство, которое его жители иронично именовали «страной взяток», смогло резко снизить уровень коррупции?

Экскурсия в тюрьму и ещё 5 необычных способов побороть коррупцию

Читайте таже

Увольнение любовниц

— Пожалуй, Иордания — единственная страна на Ближнем Востоке, где «арабская весна» дала правильный результат, — считает социолог Мустафа аль-Мушкенаси. — После первой волны митингов король понял, чем это грозит, и согласился на реформы. С 2004 г. в государ­стве была с большой помпой учреждена Антикоррупционная комиссия — но она существовала, что называется, «для галочки». А вот с 2011 г. у комиссии появились реальные полномочия. Теперь её работники не подчиняются ни парламенту, ни премьеру, а лишь королю… Лозунг «антикоррупционеров» — «Мы не против богатства. Мы против жадности и взяток». Успех не заставил себя ждать — десятки госслужащих попали под арест, проверки в министерствах сделались нормой, а любовниц и родст­венников начальство принялось массово увольнять с работы.

Я часто слышу мнение: мол, коррупция — это старинная русская забава, наши люди со времён Киевской Руси привыкли давать и брать. И, дескать, пока народ живёт бедно, так оно всегда и будет. Но на Ближнем Востоке взяточничество вообще в крови населения, включая переполненные нефтедолларами Саудовскую Аравию и Оман (каковой расположен в индексе Transparency International на 10 пунктов ниже Иордании). «Нужного человека» у арабов положено «благодарить» за услугу, а местная полиция даже по сравнению с нами коррумпирована до комедийных пропорций. Однако, как выяснилось, самые древние вредные привычки можно искоренить в кратчайшие сроки — было бы желание. В один прекрасный день проверяющие в Аммане задержали 10 офицеров дорожной полиции, польстившихся на взятку. Увольнение с работы, суд, 5 лет тюрьмы. Через месяц рейд повторили, опять поймали взяточников. В третий раз денег уже никто не взял — все «гаишники» насмерть перепугались. Точно так же были арестованы чиновники, к коим явились переодетые «бизнесмены», предложив солидный «хабар» за строительство ресторанов в популярных местах. Клюнувшие на наживку попали в тюремную камеру с подробным освещением по ТВ. Госслужащие стали элементарно бояться брать — им везде чудились агенты Антикоррупционной комиссии.

Статья по теме

«Жируют, воруют, вредят». Как отучать чиновников от распилов и откатов?

Принцы на светофорах

— Сказать, что в Иордании полностью исчезла коррупция, разумеется, нельзя, — объясняет бывший сотрудник аппарата МВД Сулейман аль-Абдалла Нагиб. — Однако её уровень резко снизился. Чиновники не вымогают деньги, действуют только через хорошо знакомых, да и то с опаской. Родственники короля прекратили бравировать неизвест­но откуда взявшимися доходами, перестали ездить с мигалками и покорно останавливаются на светофорах. Идут проверки счетов семей госслужащих, и если происхождение финансов не доказано — следует увольнение или обвинение в отмывании денег. И хотя официальная пропаганда сейчас называет коррупционеров «шайтанами», на это любой из них скажет: хорошо, пусть я чёрт, зато при валюте. Самая главная вещь — доказать гражданам, что с коррупцией борются на самом деле. Иначе простые люди будут считать: чиновники воруют миллионами, а разве мне нельзя украсть немного? Но как только за решётку попадают вице-премьеры, остальные тоже остерегаются взяток. 

Фотомодели и наручники

В феврале 2011 г. иордан­ский миллионер Халид Шахин, приговорённый к 3 годам тюрьмы за подкуп сразу нескольких министров правительства, был отпущен в Лондон на лечение. Ближе к лету в прессе появились фотографии, где экс-заключённый ужинает в ресторане в обществе фотомоделей и на вид здоров как бык. В августе «больного» вернули в Амман в наручниках — отбывать наказание. 

В этом свете весьма показателен пример с экс-главой департамента имущественных отношений Минобороны РФ Евгенией Васильевой, похитившей у государства сотни миллионов рублей. Сперва она сидела под домашним арестом в условиях пятизвёздочной гостиницы, а затем получила крайне мягкий приговор, и до сих пор есть сомнения: сидит ли она в колонии? После такого поневоле сделаешь вывод — борьбой с коррупцией у нас просто не хотят заниматься, пуская дело на самотёк. Случай Иордании — хороший пример: даже если в коррумпированной стране всерьёз берутся за взяточников, то быстро добиваются успеха. Ключевое слово — «всерьёз».

Читайте также: Приговор по делу «Оборонсервиса» >>

Источник